Доска объявленийФорумОсновной разделПолитика

Дело Евгения Кустоса

Создал байкал, 6 августа 2012

Сегодня следственная группа, занимающаяся расследованием уголовного дела, и прокуроры, представляющие сторону обвинения в судах, и сами судьи, я считаю, действуют в одной упряжке против Кустоса. Мое мнение, следствие намеренно вводит суд в заблуждение относительно основания для избрания меры пресечения. Притом, что мы озвучиваем факты введения следователем суда в заблуждение, тем не менее суд принимает сторону следствия.
Следователь заявляет, что Кустос имеет тесные связи с органами государственной власти, местного самоуправления, правоохранительными органами, может воздействовать на свидетелей, и при этом ссылается, что в поддержку Кустоса, под угрозой, собирались подписи в муниципальных и других предприятиях города. Судья тоже не проверил эти факты, хотя люди подписывали обращение добровольно. В Электроавтотрансе работает около 500 человек, а подписалось только 25. Подписали те, кто хотел. Суд, однако, поверил следствию. — Говорят, что при избрании меры пресечения Кустосу, господа Бондарев и Востренков чуть ли не бились в истерике, доказывая, что пребывание Евгения Кустоса на свободе угрожает их жизням.
— В истерике, не в истерике, но доказывали это очень горячо. Я считаю, что и Востренков, и Бондарев такие заявления делают по просьбе следствия. Если бы такие заявления они не сделали, то и оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу не было бы. То, что Кустос угрожал жизни Востренкова — это глупость. Ранее от Востренкова в правоохранительные органы не поступало ни одного заявления о том, что Кустос угрожает его жизни и здоровью. При этом Востренков обвинял Евгения Станиславовича во всех грехах, ни разу не обвинил в угрозах жизни и здоровью. Востренков таких заявлений не делал, до тех пор, пока это ему и Бондареву не стало выгодно.
— Сергей Степанович, как, по-вашему, каково дальнейшее развитие следствия?
— Я твердо уверен в том, что на сегодняшний день следствие не исполняет своих обязанностей и уходит от установления фактических обстоятельств дела. Стоит задача любой ценой обвинить Кустоса. Хоть в чем-нибудь. Сегодня собираются материалы только обвинительного характера. Мое ходатайство о допросе свидетелей защиты было удовлетворено частично. Допросили только одного свидетеля. Остальные до сих пор не допрошены, в течение нескольких месяцев. Идет постоянная подмена, подтасовка материалов, представляемых в различные суды, где рассматриваются дела о продлении содержания Кустоса под стражей. Идет постоянная фальсификация материалов. В связи с этим я подал ходатайство об отводе следователя Вантеева, но мне отказали в этом.
— Каково сегодня состояние здоровья Евгения Станиславовича?
— Все видели Кустоса в работе, но мало кто знает, что он постоянно находился под наблюдением своего лечащего врача. Он периодически принимал лечение на дневном стационаре, без отрыва от производства. У всех нас есть какие-то заболевания, и Евгений Станиславович не является исключением. Со всеми своими заболеваниями он и попал в следственный изолятор. Разумеется, там у него нет возможности проходить соответствующее лечение. Тем более что Кустоса следователь лишил возможности использовать специальный аппарат СИПАП-терапии, без которого у него происходит остановка дыхания во время сна. Все это ставит под угрозу не только здоровье Евгения Станиславовича, но и саму жизнь.
Буквально на днях мы добились, чтобы Кустосу впервые за три месяца разрешили пользоваться тонометром.
— У вас прозвучало в интервью, что следствие и суд получили указание посадить Евгения Кустоса. Как, по-вашему, кто мог дать такое указание?
— Факты говорят сами за себя о том, что выполняется политический заказ. Все говорят о том, что и следователи, и суды, и прокуратура работают на одну цель, добиваясь обвинения Евгения Кустоса. Для этого его держат под стражей. Для этого обвинение представляет материалы, не соответствующие действительности. Заказчик, со слов Евгения Станиславовича, — это администрация области. Один из заместителей губернатора Иркутской области незадолго до ареста предложил Кустосу добровольно уйти в отставку. Ему было сказано: — Если не уйде